«Надо выжить и товарища не подставить»: выросший в детдоме спортсмен стал десантником и спас брата на СВО
Детдомовец стал десантником и спас брата из-под пуль на СВО
- © Фото из личного архива
«У меня дед воевал», — говорит светловолосый серьёзный парень в ответ на вопрос, почему он решил подписать контракт. Многие так же объясняют, почему они пошли на СВО. Но этот десантник с позывным Зевс не только не застал деда, но и родителей толком не помнит: в шесть лет он оказался в детдоме вместе с тремя братьями и сёстрами. Отдала мать — отца и до этого на горизонте не наблюдалось. О дальнейшей судьбе матери он предпочитает не говорить — словно она растворилась где-то на просторах России. Но всё же помнит о деде.
Из старших близких родственников была только 16-летняя сестра. Детей, конечно, ей никто не отдал даже после достижения совершеннолетия — да и как вчерашний подросток смог бы вытянуть четверых младших? Сестра не оставляла попыток, однако ей каждый раз отказывали. Формально из-за того, что квадратные метры её жилплощади не соответствовали нормам для усыновления.
«Сейчас я понимаю, как ей было трудно и как она старалась ради нас, а тогда я был мал и глуп, — очень по-взрослому говорит Зевс. — Она нас забирала всегда на каникулы. Рассказывала, что знала, из семейной истории. Альбом, награды деда — всё у сестры. По её рассказам, он прошёл почти всю войну».
В детдоме было тяжело. Отдушиной стал спорт: Зевс профессионально занимался лёгкой атлетикой, набрал множество медалей со всероссийских соревнований, стал мастером спорта.
- © Фото из личного архива
«На самом деле, я пошёл не только из-за деда, дед был примером. Воевать я отправился ради блага своей страны, России. Может, из-за деда внутри ёкнуло, дало какой-то толчок», — размышляет вслух Зевс.
«Жизнь перед глазами пробежала»
Хотя парню досталось не много человеческого тепла (а может, и по этой причине), он очень ценит дружеские отношения. Зевс и его товарищи делают суровую работу: на Запорожском направлении его подразделение штурмует чахлые лесополосы, удерживаемые противником. Украинской пехоты там мало, а дронов много. Зевсу удалось продвинуться дальше остальных.
Под деревней Пятихатки его ранило. «Мне прилетело, и Запалу в броню прилетело — у него обошлось, без повреждений. А мне в ногу, насквозь прошило мягкие ткани, пуля пошла по косой, вторая зашла под броню сбоку. Жгут наложил. Вся жизнь перед глазами пробежала. Деваться некуда, отстреливались. Запрыгнули в окоп — туда, где лежали «двухсотые» вэсэушники. Туда зарылись. Доложил, что меня ранило, вынужден эвакуироваться. Начали откатываться. Половину пути пробежал, потом упало давление, нога не дала бежать. Напарник подхватил, посадил на спину, с обеих сторон пули пролетают. Он меня и вытащил», — вспоминает Зевс обстоятельства того боя.
В этот раз он выжил благодаря мужеству напарника. Но недавно Зевс и сам был награждён за то, что добровольно вызвался вытаскивать «трёхсотого» в ситуации, когда других желающих не нашлось: тот лежал в паре сотен метров от украинских позиций.
- © Фото из личного архива
«А там вообще ничего не было пригодного для укрытия. Как хочешь, так и иди, а не хочешь — ползи. Я принял решение двигаться, даже не ожидая нужной погоды. Передвигался перебежками, по траншеям. Рядом озеро. Хохлы были в 200 м, когда я добрался до «трёхсотого». Он был тяжёлый, без ноги. Говорит мне: «Уходи отсюда». Я ему: «Молчи, ничего не говори». По его рации вышел на связь, доложил, что добрался. Кое-как закинул его на себя, с передышками потащил», — говорит Зевс. За этим коротким рассказом — спасённая жизнь бойца, который уже не надеялся вернуться к своим, и мужество вчерашнего сироты, который оказался прекрасным боевым товарищем.
Да и сам боевой путь Зевса начался с того, что он вытаскивал из-под обстрела раненого — своего родного брата. Они вместе подписали контракт, бок о бок пришли на СВО, попали в одно подразделение, и оба оказались в Курской области. Вот только брат был ранен в первом же бою, а Зевс 7 км тащил его на себе в тыл.
«Слышим звук — «птичка». Она уже вот-вот, снижается. А потом сразу крик: «Женёк!» Ранен. Я подбегаю, жгут накладываю. Эвакуирую его, закидываю на себя. Дождь льёт, ни зги не видно. Бежишь, падаешь. Кое-как добежал, подъехал «квадрик», закинул — весь в крови. Передал его — и обратно к своей задаче. Всё хорошо закончилось, а вспоминать трудно это», — хмурится Зевс.
Служит он уже два года. Имеет медали Жукова и «За спасение погибающих». Считает, что медали — это, как и в спорте, стимул. Но приходят воевать не за награды. «Надо выжить и не умереть. И товарища не подставить, помочь ему», — излагает Зевс суровую философию войны.
Семь километров по грязи под дождём с раненым братом на плечах — это больше похоже на легенду или эпизод саги. Но оставшийся без родителей и пошедший воевать за родную страну боец прожил это в реальности. А потом так же спасал своих товарищей. И наверное, именно на таком простом фронтовом товариществе держится гораздо больше, чем на любых наградах и громких словах.